НАЕДИНЕ

 

1. В безмолвной глуши

Твою гордыню я не потревожил.
Нас разделила неприступная стена
молчанья. Мы желали одного же...
Легко шагалось вместе нам...

 

Вернись ко мне, не избегай меня
и, не кутаясь поспешно в покрывало
суеверных снов, унынье променяй
на любовь, которую желала.

Протяни ладонь. Я протянул.
В сердце свет целебный проведи
и услышь грудной, необъяснимый гул,
слушая далёкий гул светил.

Ты же видишь... Угасает взгляд,
словно тает воск от гибельного жара.
Любовь надёжней брачных клятв,
но, испугавшись, ты сбежала.

Я заблудился, от страданий
в безмолвной спрятавшись глуши.
Багровым сгустком - боль в гортани,
ведь пустота не проходит,
будто ушиб.


2. Безвременье

               Ложится мгла на старые ступени...

Ложится мгла на старые ступени,
на почерневшие, увядшие сады.
Как природа, мы становимся степенней,
забывая о величьи красоты.

Находятся под властью сновидений
деревья, околдованные стужей.
Расхаживают мерно по земле их тени
своей походкой неуклюжей.

Вдалеке гудят, качаются уныло сосны,
бормоча о бренности живущим.
Ветер свищет, словно сорванец несносный,
но незыблем сон в еловой гуще.

Дремлют одряхлевшие дубы, которым
подают метели, словно нищим.
Под тяжёлым саваном покоятся просторы.
Жизнь оставила привычное жилище...

Ложится мгла на старые ступени,
на гладь обледеневших речек...
Как природа, мы становимся степенней,
говоря всему: "До встречи..."


3. Спасение

Не стоит дружбу заводить с шутом.
Не стоит он протянутой с добром руки.
Повиновенья в сердце нет пустом.
Нет малокровья, как в других.

Пусть избегают все шута и пусть
в его делах не видят замысла святоши.
Среди чеканящих пороки наизусть
ему играть апостола негоже.

Плута звучанье славы не заманит.
О корыстной, праздной речи он забыл
и ради истины, таящейся в тумане
заблужденья, не умерил пыл.

Его повсюду постоянство гложет.
Сомненья точат день и ночь рассудок.
Он со встречной не разделит ложе,
от сердечного страдая зуда.

Бросьте гнить упрямого в канаве.
Бросьте дурака с самим собой наедине.
Надежды на спасенье бард оставил,
найдя спасенье в золотом вине.


4. Вечная борьба

Поэт борьбою вечною измотан.
Он в одиночестве покоится в углу.
Прошла на истину сегодня мода.
Читатель к ней сегодня глух.

Поэта боль сжигает изнутри.
Кого-нибудь не умоляя: "Помоги!" -
он сердцу говорит: "Смелей гори..." -
но раздаётся тление могил.

Грохочут в городах речитативы.
Явилась новых рифмачей плеяда.
Их слог - ревущий и ретивый -
отравлен блудным ядом.

Ублажая непредвзятый слух,
они забыли о страданиях народа,
прислуживать уставшего ослу.
Ему народ такими продан...

Кандалы сдавили кисти нам,
но гул железа грозен и прекрасен.
Нам звона серебра дороже истина
среди бесчинствующей мрази.


5. Наедине

Ну, что же, брат... Давай закурим.
Мы с тобой в который раз наедине.
Наперекор метелям всем и бурям
не сгинул ты в обители теней.

Ты живёшь без мелочи в кармане.
Ты от попойки тянешь до попойки
и в тоскливой мгле воспоминаний
кажешься, как прежде, бойким.

Люди греются в тепле кофеен
и друг другу произносят: "Извини..."
Прах раскаянья тобой уже развеян.
От порожних слов в ушах звенит.

Ты не знаешь собственной дороги.
В лабиринте обесточенных окраин
раньше шагом ты ступал широким,
но теперь безлик и неприкаян.

Ты был звёздам слишком предан
и слишком долго пробыл в тишине.
Упрёкам не внимая и запретам,
ты сгоришь в серебряном огне.


© Сергей Негласных

 

Авторизация